Верховный Суд расставил точки над COVID-19

Можно ли считать пандемию форс-мажором? Как привлекать к уголовной и административной ответственности за фейки о коронавирусе? Являются ли апрельские «нерабочие» дни основанием для переноса срока исполнения обязательств? Эти и другие актуальные вопросы ВС РФ разъяснил в своем новом «коронавирусном» обзоре.
Время прочтения: 7 минут

Документ, опубликованный Президиумом Верховного Суда 21 апреля, содержит ответы на самые важные и актуальные на данный момент вопросы судебной практики, связанные с пандемией коронавирусной инфекции.

Одна из самых острых тем, которая в последнее время регулярно поднималась как в юридическом, так и гражданском сообществе, – можно ли считать пандемию обстоятельством непреодолимой силы? Да, но пандемия не может быть признана как универсальное обстоятельство непреодолимой силы для всех категорий должников. Как отмечает Президиум ВС РФ, существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и так далее).  

Помимо прочего, в ВС РФ напомнили, что форс-мажор не освобождает должника от исполнения обязательства. Он не будет нести ответственность за просрочку, но должен будет исполнить обязательство в разумный срок после прекращения действия обстоятельств непреодолимой силы.

Могут ли меры по противодействию коронавирусной инфекции стать основанием для отложения судебного разбирательства, приостановления производства по делу, продления срока его рассмотрения? Да, могут. Но все эти вопросы должны решаться судом применительно к каждому конкретному делу с учетом необходимости соблюдения сроков рассмотрения дела и разумного срока судопроизводства.

Можно ли перенести последний день процессуального срока, если он приходится на «нерабочий» день? По закону, если последний день процессуального срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается следующий за ним рабочий день. Однако ВС РФ подчеркнул, что это не распространяется на нерабочие дни с 30 марта по 30 апреля 2020 г. Так что они не являются основанием для переноса дня окончания процессуальных сроков.

Возможно ли восстановление процессуальных сроков из-за самоизоляции? Да, но не в безусловном порядке. Восстановление сроков возможно, но только по заявлению стороны, которая пропустила процессуальный срок. Суд в заседании должен изучить конкретные обстоятельства, которые привели к пропуску срока, и на основании этого принимать решение, восстановить или не восстановить его.

Можно ли изменить или расторгнуть договор в связи с эпидемиологической обстановкой? Да, на основании статьи 451 ГК РФ обстоятельства, которые стороны не могли предвидеть при заключении договоров, могут являться основанием для изменения и расторжения договоров. Тем не менее, изменение договора по требованию одной из сторон возможно лишь в исключительных случаях: когда расторжение договора противоречит общественным интересам либо повлечет для сторон ущерб, значительно превышающий затраты, необходимые для исполнения договора на измененных судом условиях.

Довольно важное заявление высказал Верховный Суд касательно банкротства. Распространяется ли мораторий на банкротство на всех должников, вне зависимости от того, связаны ли причины банкротства с эпидемией? Да, по факту ВС РФ выступил за автоматическое действие моратория для всех лиц, на которых он распространяется. Обстоятельства возникновения задолженности должника перед кредиторами, а также период ее возникновения правового значения не имеют.

В своем обзоре ВС также разъяснил различия между уголовной и административной ответственностью за распространение ложных сведений о коронавирусе. В первую очередь следует разграничивать статью 207.1 и 207.2 УК РФ. Если недостоверная информация о коронавирусе под видом достоверных сведений представляет реальную общественную опасность и причиняет вред охраняемым уголовным законом отношениям в сфере обеспечения общественной безопасности, то действия физического лица будут квалифицироваться по статье 207.1 УК РФ. Если информация повлекла причинение вреда здоровью человека, смерть человека или иные тяжкие последствия, то противоправное деяние квалифицируется по статье 207.2 УК РФ.

Разница же между административной и уголовной ответственностью в субъекте правонарушения. Административная ответственность за деяния, предусмотренные частями 101 и 102 статьи 13.15 КоАП РФ, установлена только для юридических лиц. Граждане, в том числе должностные лица, руководители юридического лица, при наличии в их действия состава преступления, предусмотренного статьей 2071 или 2072 УК РФ, могут быть привлечены к уголовной ответственности.

Кроме того, ВС подчеркнул, что если гражданин распространил ложную информацию до 1 апреля 2020 года, то он не может быть привлечен к уголовной ответственности.

В целом, юридическое сообщество оценило разъяснение суда положительно. Партнер юридической фирмы «Некторов, Савельев и партнеры» Роман Макаров отметил, что обзор ВС РФ стал более «зрелым», чем в предыдущей редакции.

«Основная идея предыдущей версии сохранилась: «нерабочие» дни – выходными не являются, а следовательно, никак не влияют на течение материальных и процессуальных сроков. Осталась и мысль о возможности признания в конкретном деле как пандемии, так и ограничительных мер с ней связанных, в исключительных случаях обстоятельствами непреодолимой силы, существенным изменением обстоятельств или основанием для прекращения обязательств. Подчеркнута чрезвычайность применения перечисленных мер в конкретном деле. Массового изменения договоров судами ждать не стоит», – высказался специалист. Роман Макаров также подчеркнул, что, вероятнее всего, документ направлен на максимальное сохранение текущего порядка вещей.

Юрист «КонсультантПлюс» Вадим Петрищев отметил, что ВС РФ в своих разъяснениях явно не успевает за законодателем, тем не менее его позиция заслуживает внимания. «Проект последовательно старается решить проблемы, возникшие на фоне эпидемии, стандартными правовыми средствами, не создавая специального «антивирусного» правового режима, что, скорее всего, верно. Вряд ли стоит плодить новые сущности. Но у этого есть побочный эффект – нет или мало универсальных, трафаретных решений», – прокомментировал юрист.

Подробный обзор разъяснений Верховного Суда – в авторской колонке партнера коллегии адвокатов «Делькредере» Максима Степанчука специально для «Сферы».

Комментарии 0

Нужно хоть что-то написать