Первым обсуждается дело («Агрофуд» против «Мясного царства» и «Орелсельпрома») об объеме ответственности продавца за поставку товара ненадлежащего качества, которая повлекла уничтожение иного имущества должника.
Разбирая фабулу дела, юристы спорят о том, совершил ли продавец деликт, можно ли было предвидеть данные убытки, и возможно ли применить в этом случае ответственность в объеме стоимости всего утраченного имущества.

Вторым обсуждалось дело о присуждении компенсации за обеспечительные меры при последующем отказе в иске (дело Банка «Зенит»).
Участники семинара подробно анализируют возможность взыскания компенсации с истца за обеспечительные меры по иску, в котором было отказано.
Повышает ли вероятность принятия обеспечительных мер взыскание компенсации? В каких случаях нужно требовать возмещение убытков, а когда — компенсацию, и каким образом определять ее размер? Насколько в целом справедливо взыскание убытков или компенсации за обеспечительные меры? В ходе дискуссии участники семинара задаются этими и другими вопросами.
Высказывая критические суждения, юристы все же отмечают и позитивное влияние правовой позиции, сформулированной ВС РФ, в том числе то, что хотя и рамочно определен некий стандарт доказывания для взыскания компенсации, указывается на распределение бремени доказывания, что создает условия для развития этого способа правовой защиты.

Третьим обсуждается дело по иску единственного участника общества к банку об оспаривании договора ипотеки по статье 169 ГК (дело Елизарьянц против «Россельхозбанка).
Юристы спорят о том, является ли такое решение ВС РФ поддерживающим гражданский оборот по цели по смыслу статьи 169 ГК РФ.
Критикуя данное определение ВС РФ, участники дискуссии приводят следующие аргументы:
1) сделка, противная основам нравственности и правопорядка, должна иметь асоциальную цель. В данном случае цель асоциальна;
2) интересы добросовестности не имеют приоритета перед правопорядком;
3) был ли банк-залогодержатель осмотрителен в данном деле? В этом есть сомнения.
 Концептуально высказываются против защиты сделок и приобретения права по добросовестности.
Организатор семинара Мария Ерохова напомнила, что в чью-то картину мира защита сделок добросовестностью вписывается, а в чью-то нет, но на сегодняшний день общая тенденция развития такова, что если директор назначен по воле участников и совершает сделку от имени общества с превышением полномочий, юридическая сила такой сделки зависит от осведомленности контрагента о превышении полномочий. Если контрагент не должен знать о превышении полномочий, сделка директора имеет силу, при этом добросовестность предполагается, пока не доказано иное. Также М. Ерохова обратила внимание на игнорирование косвенного иска участника в этом деле и повторение процесса.

Дополнительные материалы
Добавить заметку